What makes a home cozy?

Русская версия

morning-still-life-1918.jpg!Blog

Kuzma Petrov-Vodkin, Morning Still Life

[Editors’ note: We’re seeking submissions around the theme of non-Russians who are married Russian speakers. What have you found to be different beween the two cultures? The same? Alice leads off with an investigation into Russian housing]

By Alice Lagnado

Russian hygge. It doesn’t bring to mind the same sheepskin-draped, bleached-white cottages choked with cushions and candles that the Danish word does. But Russians have introduced me to their own idea of cosiness, or уют (uyut).

I’ve been visiting Russia since I was a schoolgirl in 1988, and now live in St. Petersburg, with my glaciologist husband. I’d like to explain how I see the Russian concept of coziness as I’ve come to understand it during my time here.

For me, it’s about making your home look inviting, with low lighting, knick-knacks, lacy covers, carpets, framed embroidery, and soft toys. Coming from a draughty Edwardian house in London, with lots of paintings and books but not a fringed item in sight, Russian décor was a revelation.

Things have changed since I first arrived at an Intourist hotel to partake of some fizzy banana juice during the Gorbachev booze ban, and today some Russian homes wouldn’t look out of place in a Nordic crime drama. But still, the attachment to cosiness persists.

I think I can understand the desire to feel snug as a bug in a rug in a big, big country with severe architectural lines, a history of material shortages, and weather so cold it burns your face. On a more down-to-earth level, I must admit I’ve become fond of Russian coziness, in small doses. Probably because I associate all those orange and brown curtains with people I love dearly.

But for me, it’s not just about the look. Coziness goes hand in hand with convenience. All the tiny changes Russians make in their apartments to make them work better fill me with joy, probably because our house in England was more haphazard. Here, the hook on the back of the front door for the rubbish, small shelves for kitchen rags to dry on, and a million other small things facilitate  life in a Khrushchev apartment with a 5 m² kitchen. I’d use these ideas in a home of any size. I admire the practicality.

My husband, who has spent a lot of time in cold places, is more interested in our home being warm than looking warm. So I was free to paint the kitchen a pale grey, despite a last-minute hesitation  prompted by the memory of a friend who painted her apartment white in the early 1990s. Like a hospital was the verdict.

With my plain interiors, I have my limits on Russian coziness. But perhaps if I live here a long, long time, I’ll learn to let go. Who knows how long it could be until our apartment is a riot of mini pompoms, plastic Christmas angels which light up in fluorescent colours at the touch of a button, snow globes showing the cities of the world, mohair loo roll covers, a multitude of carpets, a collection of dolls coquettishly placed on the bed, and a set of giant spoons made of plush red velvet? Maybe the only way to stop an unconscious erasing of the IKEA catalogue imprinted in my memory will be to hire a police officer to accompany me on shopping trips. “Step away from the fake fur cushion cover, Madam! Put back the doily! Hands on your head!”

How long can the pale grey walls last?


Что делает дом уютным?

Элис Ланьядо

“Хюгге” по-русски не рисует в сознании привычную датскую картину из белых домиков, изобилия овечьей шерсти, подушек и свечек. Русские познакомили меня с со своим уникальным представлением об уюте.

Впервые я приехала в Россию еще школьницей, в 1988 г., и с тех пор не раз тут бывала, а сейчас и вовсе живу в Санкт-Петербурге со своим мужем гляциологом. Хочу поделиться с вами своим представлением о понятии русского уюта, к которому я пришла за время проживания здесь.

На мой взгляд, задача русского уюта состоит в том, чтобы людям хотелось приходить к вам в дом: мягкое освещение, безделушки, кружевные скатерти, ковры, обрамленная вышивка и мягкие игрушки. Поскольку сама я родом из лондонского дома эдвардианской эпохи, где всегда гуляет сквозняк, много картин и книг, но нет и намека на бахрому, для меня русский декор стал настоящим откровением.

Все сильно изменилось с тех пор, как я впервые приехала в гостиницу “Интурист” и пила там газированный банановый сок во времена горбачевского сухого закона. Сегодня некоторые российские дома вполне вписались бы в декорации скандинавского триллера. Тем не менее, страсть к созданию уюта никуда не исчезла.

Я вполне понимаю желание человека обернуться в кокон, когда живешь в огромной стране, славящейся суровыми архитектурными конструкциями, историей материального дефицита и обжигающими лицо морозами. Должна признаться, что на приземленном уровне, мне полюбился этот русский уют, правда, в малых дозах. Возможно, по причине того, что все эти оранжево-коричневые занавески прочно связаны в моем сознании с людьми, которых я очень люблю.

Однако для меня дело не только во внешнем облике. Уют идет рука об руку с удобством. Все небольшие изменения, которые русские вносят в свои квартиры, дабы сделать их более функциональными, находят радостный отклик в моей душе — скорее всего, потому что в нашем доме в Англии царил куда больший беспорядок. Здесь все эти крючки на входной двери для мусора, узенькие полочки для сушки кухонных тряпочек и миллион других предметов направлены на то, чтобы облегчить жизнь в квартире-хрущевке с кухней в пять квадратных метров. Я бы воспользовалась этими идеями в доме любого размера. Меня восхищает их практичность.

Мой муж проводит много времени в очень холодных местах, и его гораздо больше интересует, чтобы наш дом был теплым, нежели выглядел таковым. Посему я без зазрения совести покрасила стены на кухне в светло-серый цвет — несмотря на то, что в последний момент меня вдруг охватили сомнения, навеянные воспоминанием о подруге, выкрасившей всю свою квартиру в белый цвет в начале 1990-х гг. Вердикт звучал так: как в больнице.

 Мой неприметный интерьер не слишком сильно отражает концепцию русского уюта. Возможно, если я проживу здесь много, много лет, то научусь относиться к этому спокойнее. Как знать, может, совсем скоро наша квартира превратится в буйство крошечных помпонов, пластиковых рождественских ангелов, загорающихся неоновым светом от нажатия кнопки, снежных стеклянных шариков-сувениров со всего мира, мохеровых держателей для туалетной бумаги, многочисленных ковров, коллекции кукол, кокетливо пристроенных на кровати, а также набора из гигантских плюшевых красных ложек. Возможно, единственный способ сохранить в моей памяти каталог Икеи, – это нанять полицейского, чтобы он сопровождал меня при походах в магазины. “Верните наволочку из искусственного меха на место, мадам! Не трогайте кружевную салфеточку! Руки за голову!”

Как долго простоят эти серые стены?

One comment

Leave a Reply

Fill in your details below or click an icon to log in:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out / Change )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out / Change )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out / Change )

Google+ photo

You are commenting using your Google+ account. Log Out / Change )

Connecting to %s